» ЕСН: девять лет сомнений


ЕСН: девять лет сомнений


21.03.2010

История единого социального налога насчитывает в нашей стране восемь с половиной лет, и, как вы уже, наверное, знаете, еще через полгода должна прерваться. Получившийся таким образом девятилетний срок, с одной стороны, довольно небольшой, а с другой — просто огромный для нестабильной отечественной налоговой системы. Поэтому, потихоньку прощаясь с таким уже привычным ЕСН, вспомним, как он появился, развивался, и наконец, стал ненужным.

Введение в налоговую практику единого социального налога, состоявшееся в 2001 году, преследовало сразу несколько целей. И все они, как водится, были благими. Напомним, что до того момента предприниматели вынуждены были платить, по сути, сразу четыре налога, обеспечивающих базовые социальные нужды населения. Бизнесмен, согласно действовавшему в то время законодательству, отчислял в пользу Пенсионного фонда 29 процентов от фонда оплаты труда собственной организации, 5,4 процента шло в Фонд социального страхования, 3,6 процента — в Фонд обязательного медицинского страхования, и, наконец, 1,5 процента «отстегивалось» Фонду занятости. Таким образом, общая ставка виртуального ЕСН составляла 39,5 процента. Совсем неудивительно, что при таком налоговом аппетите государство из-за «зарплат в конвертах» недосчитывалось миллиардов рублей.
Еще одну серьезную проблему составляли «бумажные» издержки коммерсантов, которым в ходе проверок, организуемых перечисленными выше фондами, приходилось несколько раз представлять чиновникам одни и те же документы по выплачиваемой на предприятии заработной плате. И это еще полбеды. Дело в том, что каждое из четырех ведомств имело свой свод запутанных, противоречивых и объемных рекомендаций по начислению и уплате взносов. Как-то подсчитали, что за годы «самостоятельной» налоговой деятельности фонды издали более полутора тысяч адресованных налогоплательщикам «ценных указаний». Вот уж кого стоит по-настоящему пожалеть, так это бухгалтеров, работавших в те дни, безумные с точки зрения логичности налоговой системы.
Чуть запутался бедный бухгалтер в многочисленных письмах и разъяснениях фондов — плати штраф.

Преждевременный оптимизм

Надо заметить, что введение ЕСН встретило ожесточенное сопротивление со стороны бюрократического аппарата. Сотрудники фондов всерьез опасались, что утрата налоговых функций повлечет неминуемое сокращение кадров. Некоторое время в растревоженных, словно улей, внебюджетных организациях ходили слухи, что единый социальный налог заставит руководителей страны задуматься о целесообразности существования самих фондов, однако этого, разумеется, не произошло.
И вот в 2001 году ЕСН стал явью. Его ставка была установлена на уровне 35,6 процента. Дела с его взиманием у Министерства по налогам и сборам изначально шли совсем даже недурно. Так, руководитель МНС Геннадий Букаев, выступая в апреле того же года на заседании нижней палаты парламента с докладом, касающимся итогов квартального сбора налогов, отметил, что его подчиненные собрали на 6 процентов больше средств, чем это было определено планом ведомства. По сравнению же с аналогичным периодом 2000 года, когда социальными сборами занимались сразу четыре фонда, зафиксирован 33-процентный рост показателей. Правда отдельные парламентарии не преминули плеснуть ложку дегтя, сообщив, что, невзирая на столь впечатляющие цифры, до некоторых региональных отделений внебюджетных фондов деньги, собранные МНС, почему-то не дошли. Тут же прозвучал и ряд предложений по коррекции статей Налогового кодекса, посвященных новому налогу. Ну так это дело привычное.

Бизнес-пресс

Прошло некоторое время, и в деловой среде стали все чаще раздаваться голоса о необходимости снижения налогового бремени на бизнес. Одним из основных аргументов при этом стала невозможность российских фирм конкурировать с иностранными производителями товаров и услуг, работающими в куда более мягких фискальных условиях. Отечественные предприниматели устами крупных и становящихся все более влиятельными союзов намекали и на то, что необходимость развиваться заставляет их идти на преступления перед бюджетом и по-прежнему скрывать истинный размер зарплат от сотрудников налоговых инспекций. В конечном счете правительство согласилось с доводами коммерсантов и пошло-таки на снижение налогов. В 2005 году ставку ЕСН снизили с 35,6 до 26 процентов.

Разочарование

Если быть откровенными, государству эта реформа единого социального налога ничего не дала. Практически ни одна цель, которую преследовало правительство, снижая ЕСН, не была достигнута. Несовпадение ожиданий и реальных результатов, почти сразу ставшее очевидным, в высоких кабинетах поначалу не признавали. Однако независимые эксперты в области экономики не замалчивали проблему. В конце 2006 года научный руководитель Центра социальных исследований и инноваций Евгений Гонтмахер в аналитической статье, опубликованной в одной из ведущих газет страны, наглядно показал неэффективность единого налога. Он отметил, что ожидаемого упрощения налогового администрирования так и не произошло. Бухгалтеры, как и до введения ЕСН, заполняют отдельную «платежку» в каждый из социальных внебюджетных фондов. Кроме того, передача обязанностей по сбору социальных платежей инспекторам МНС (впоследствии ФНС) негативно сказалась на качестве контроля за уплатой соответствующих взносов предпринимателями. По словам Гонтмахера, значительное время налоговики уделяют сбору самого проблемного, но в то же время и доходного налога — НДС, а ЕСН остается для них на втором плане. В ту пору, когда каждый взнос был «закреплен» за отдельным фондом, их сотрудники с максимальным усердием относились к задаче выполнения налогового плана, буквально выбивая каждую копейку долга из предприятий. Другое дело, что без перегибов в этом вопросе также не обходилось, и фирмы страдали из-за навязчивого внимания контролеров. Тем не менее задолженность компаний по социальным платежам в ту пору не росла такими темпами, как после введения единого соцналога. Одним из негативных последствий стало проседание бюджета Пенсионного фонда, которое усугубилось еще одним фактором — нежеланием предпринимателей выводить зарплаты «из тени», несмотря на почти что 10-процентное снижение ставки и регрессивную шкалу выплат. Официальное признание на высоком государственном уровне этот факт получил в середине 2006 года, когда представители Счетной палаты обнародовали анализ последствий реформы ЕСН на примере Волгоградской области. Согласно приведенным чиновниками цифрам, за 2005 год сбор единого соцналога сократился почти на 32 процента по сравнению с 2004-м. В том же году дефицит бюджета Пенсионного фонда составил около 300 миллиардов рублей, и с того момента эта «черная дыра» только увеличивалась в размерах. Не помогла исправить ситуацию даже такая беспрецедентная мера, как создание «зарплатных» комиссий, работавших в рамках ФНС.

Возвращение в XX век

И все же если в период высоких цен на нефть, профицита бюджета и прочих благ, свалившихся на российскую экономику, прореху латали прямыми вливаниями из госказны, то после разразившегося мирового кризиса продолжать подобную политику стало невозможно. Вопрос об отмене единого социального налога в его нынешнем виде встал в полный рост и в начале текущего года обрел очертания законопроекта, а затем и закона. В итоге с 2010 года ЕСН будет отменен, а вместо этого фирмы начнут отчислять страховые взносы в Пенсионный фонд, Фонд социального страхования и Фонд обязательного медицинского страхования, причем с 2011 года совокупная ставка взносов вырастет до 34 процентов. Возврат в прошлый век с точки зрения увеличения данной части налогового бремени можно считать состоявшимся.

В. Володин

«Расчет», N 9, сентябрь 2009 г.



Поиск вакансий


Кадровое агентство Фаворит